- Сообщения
- 4.359
- Реакции
- 4.888
Рюмочная это не бар, не паб и не трактир, а чисто советское изобретение времен хрущевской оттепели, которое завоевало симпатии трудящихся быстро и уверенно.
Писатель Даниил Гранин писал о рюмочных:
«Славное это заведение — запах водочки, сигарет, одни мужики и без насиженной пьяности пивных, без приставаний, липких тягучих разговоров. Опрокинул стопочку, закусил бутербродом, культурно, коротко».
Иностранцу трудно объяснить, что такое рюмочная, даже прямого перевода этого слова с русского языка нет, потому что в западном мире нет такого явления.
До революции подобных заведений тоже не было. Были трактиры, в которых можно было выпить и закусить, причем, как символически, так и обильно, были ренсковые погреба, где покупали бутылку и пили ее тут же, на выходе.
Но большевики, придя к власти, объявили сухой закон, и со дня Октябрьского переворота и до 1925 года в России на законных основаниях купить и выпить спиртное было негде.
С отменой сухого закона в стране опять открылись питейные заведения разного типа, но те рюмочные, о которых идет речь, появились только в послевоенные годы.
«Крестной матерью» советских рюмочных часто называют Екатерину Фурцеву, министра культуры СССР. Женщина широкой русской души, она любила и умела выпить. Вот только в 1954 году, когда открылись первые заведения такого толка, Фурцева была лишь вторым секретарем московского горкома партии, поэтому вряд ли за этим всесоюзным явлением стояла именно она.
Скорее, главе государства Никите Хрущеву требовалось лояльность народа, которую он и приобрел, открыв повсеместно питейные места нового типа.
Рюмочные числились в системе общепита, как «закусочные специализированные второй категории», то есть, без официантов. А по типу закуски они обычно проходили, как бутербродные.
Чаще всего к водке подавали кусок хлеба с уложенным на него ломтиком яйца и килькой. Иногда – селедкой, а то и вовсе с колбасой. В Москве такие бутерброды быстро окрестили «пыжами».
А в культурном Ленинграде дали название «сестры Федоровы», поскольку там на хлеб выкладывали четыре кильки, столько же исполнительниц было в популярном тогда музыкальном квартете.
Ближе к 70-м годам бутерброды в рюмочных уже мало кто ел, их свежесть вызывала сомнение, поэтому на некоторых столах возвышались башни из закуски, и по ним можно было определить, как долго та или иная компания проводит здесь время.
Вообще-то, предполагалось, что в рюмочной человек не задерживается. Выпьет 100 грамм, закусит, возможно, повторит и отправится восвояси, поэтому особый комфорт ему ни к чему.
По этой причине в заведениях царил аскетизм: выпивали стоя у длинной стойки вдоль стены или за круглой столешницей «под мрамор» на одной высокой ноге. Если все столы были заняты, совершенно обычным делом было присоединиться к компании или одиноко выпивающему гражданину.
Официально приносить с собой и распивать спиртное не разрешалось, однако, мало кто приходил в рюмочную без запасенной «беленькой». Наливали ее из-под полы или под столом, остерегаясь взгляда бдительных продавщиц, которые, кстати говоря, считались по тем временам женщинами обеспеченными - недолить и обсчитать подпившего посетителя в рюмочной было обычным делом.
Визит в рюмочную не требовал повода, сюда заглядывали после работы в любой день. Кроме того, в рюмочной сравнивались все - рабочий, инженер, актер, университетский профессор. Это был как бы сказали сейчас, мужской клуб, где компании подбирались по интересам, можно было обсудить любую актуальную тему и ощутить, чем на самом деле живет большая страна.
Сейчас заведений подобного толка не осталось. Сама жизнь изменилась настолько, что любая вещь, даже самая культовая, не осталась без реформирования.
В результате свободы и открытости появились заведения западного типа, классические бары и пивные пабы. Открылись трактиры и кабаки в стиле ретро, имитирующие эстетику дореволюционной России.
Есть в Москве и несколько «настоящих» рюмочных с водкой на розлив, бутербродами и столами из фальшивого мрамора. Их открыли в надежде, что ностальгия по прежней жизни будет приводить сюда людей, которые помнят забегаловки хрущевского периода.
Но их поколение неумолимо уходит, а молодые москвичи предпочитают пить спиртное в более привычных и комфортных условиях, поэтому классическая рюмочная стала полузабытым явлением из советского прошлого.
